Ласки Лейлы на грани у колонны

Свет фонаря мерцал по выцветшим наброскам, разложенным перед нами, заливая лицо Лейлы тёплым золотистым оттенком, от которого её зелёные глаза искрились, как спрятанные изумруды в ночи Иераша. Мягкое, ритмичное мерцание пламени, казалось, пульсировало в такт с моим ускоряющимся сердцебиением, освещая тонкие линии карандашных штрихов, запечатлевших величие древних колонн, возвышающихся за открытыми арками мастерской. Я слышал далёкий крик ночной птицы, эхом разносящийся по руинам, смешивающийся с лёгким шелестом ветра в ветвях олив, симфонией, подчёркивающей интимность этого общего момента. Она наклонилась ближе, её каштановые волосы коснулись моей руки, шёлковые пряди несли шёпот жасмина, вторгающийся в мои чувства, заставляя кожу покалывать там, где они скользили. Не замечая — или, может, замечая — как её весёлый смех посылал дрожь через меня, глубокий, электрический трепет, начинающийся в груди и распространяющийся вниз, пробуждая мысли, которые я ещё не осмеливался озвучить. Этот смех, яркий и беззаботный, булькал, как родник в пустыне, полный её неукротимого оптимизма, который заворожил меня с того дня, как мы встретились среди этих вечных камней. «Рами, эти линии... они идеально передают колонны», — сказала она, её голос лёгкий и оптимистичный, пальцы скользили по бумаге с грацией, отзеркаливающей руины вокруг нас, каждое движение deliberate, но плавное, словно она ласкала саму историю, выгравированную на пергаменте. Я смотрел на её пальцы, slender и уверенные, и представлял их в другом месте, на коже, а не на бумаге, мысль посылала прилив жара через меня. Я кивнул, но мой взгляд задержался на изгибе её шеи, slender линии плеч под льняной блузкой, ткань такой тонкой, что намекала на тепло её карамельного цвета кожи под ней, поднимающейся и опускающейся с её лёгким дыханием. В моём воображении я обводил этот изгиб глазами, голод нарастал, как собирающиеся тени снаружи, где массивные колонны стояли молчаливыми стражами нерассказанных секретов. В тот момент, среди древних шёпотов Иераша — лёгкого скрипа остывающего камня, земляного запаха пыли, поднятой вечерним...