Дрожащая первая поза Абигейл

Я стоял в полутемной студии художественной академии, окруженный слабым запахом скипидара и свежего холста. Мольберты усеивали комнату, как безмолвные стражи, их белые поверхности ждали, чтобы запечатлеть красоту. Профессор Лоран Бомон расхаживал впереди, его франко-канадский акцент резал воздух, когда он объявил о прибытии модели. «Сегодня, класс, у нас дебют. Абигейл Уеллет выходит на свет для своей первой ню-позы». Сердце у меня екнуло. Я слышал шепотки о ней — миниатюрная, добросердечная, с лавандовыми волосами, которые казались светящимися под софитами. Дверь скрипнула, она вошла, завернутая в простую шелковую халат, облегающий ее фигуру ростом 5'6". Ее карие глаза метались нервно, сканируя дюжину студентов, включая меня, Марка Дюваля, сидевшего в заднем ряду. Ей было 20, канадка как и я, но ее медовая кожа и овальное лицо излучали невинность, от которой у меня пульс участился. Профессор Лоран указал на пьедестал, возвышающуюся платформу, залитую теплым золотистым светом от верхних софитов. Абигейл заколебалась, ее коса-рыбий хвост качнулась по спине, как фиолетовая река. Я видел дрожь в ее пальцах, когда она развязала халат, позволив ему соскользнуть на пол. Вот она стояла, миниатюрное тело обнажено — средние груди упругие, узкая талия изгибалась в бедра, которые просились на бумагу. Ее кожа светилась под лампами, каждый изгиб — урок уязвимости. Класс затих, карандаши царапали неуверенно. Я сжал уголь, но рука замерла. Она слегка дрожала, соски затвердели на прохладном воздухе, но держала позу — руки грациозно выгнуты над головой, одна нога согнута, воплощая классическую грацию с современной хрупкостью. В ее глазах светилось сочувствие, когда она встречала взгляды, словно чувствуя наше благоговение и нервы. Профессор Лоран бормотал похвалы, регулируя свет, чтобы подчеркнуть тени вдоль ключиц, впадинку пупка. Я почувствовал возбуждение, не только художественное — что-то глубже, первобытное. Ее доброта была легендарной; она вызвалась на это, чтобы помочь отстающим студентам найти вдохновение. По мере того как минуты тикали, ее первые дрожи утихли в спокойную неподвижность,...