Бурный взгляд Амиры, сплетённый в страсти

Частный джет рассекал ночное небо по направлению к Стамбулу, ровный гул двигателей вибрировал по фюзеляжу, словно сердцебиение во тьме, унося меня глубже в ночь, которая обещала больше, чем просто деловые переговоры на древних базарах. Я чувствовал напряжение в воздухе задолго до первого раската грома, эхом отозвавшегося издалека, такой шторм, что отражал смятение внутри меня, неутолимый голод по чему-то дикому и неукротимому посреди отполированной роскоши этого летающего дворца. Но настоящий шторм зародился во мне в тот миг, когда я увидел её. Амира Махмуд двигалась по салону с грацией пустынного ветра, её ярко-рыжие волосы ловили тусклый свет кабины, словно пламя во тьме, каждый локон переливался почти гипнотическим огнём, что приковывал мой взгляд неотвратимо, заставляя пульс биться чаще, чем любая турбулентность. Эти голубые глаза, острые и непреклонные, осматривали элитных пассажиров — нефтяных магнатов и техно-магнатов, пристёгнутых перед надвигающейся тряской, их лица изборождены скукой ультрабогатых, не замечающих настоящего электричества, искрящегося в замкнутом пространстве. Она была яростной, независимой, её фигура в форме песочных часов была влита в строгий тёмно-синий униформ, что обнимал каждую кривую без извинений, ткань натягивалась туго над вздутием бёдер и щедрой дугой сисек, силуэт, что говорил о силе, обернутой в бескомпромиссную чувственность. Когда наши глаза встретились во время внезапного рывка, мир сузился до этого электрического взгляда, время растянулось, пока джет проваливался и взмывал, дыхание моё перехватило в горле, а лёгкий аромат её жасминовых духов донёсся ко мне на рециркулированном воздухе. Её полные губы изогнулись ровно настолько, чтобы пообещать секреты, пухлые и манящие, накрашенные лёгкой розой, что заставляла меня воображать их вкус посреди хаоса, и я знал, что этот ночной рейс будет чем угодно, только не рутиной. Шторм снаружи тряс фюзеляж, посылая вибрации через моё кресло, что отражали дрожь в моём нутре, но тот, что нарастал между нами, казался куда опаснее, вихрь желания и вызова, грозящий поглотить всё на пути, оставляя меня в...