Ядовитый вызов соперницы Марии

Воздух в конкурирующем таблао пульсировал сырой энергией фламенко, густой от запаха потной страсти и старого дерева, отполированного бесчисленными ночами пыла. Тусклый багровый свет отбрасывал удлинённые тени по интимной сцене, где бормотание толпы нарастало, как надвигающаяся буря. Мария Гонсалес шагнула в эту берлогу соперниц, её стройная фигура 167 см в облегающем чёрном платье фламенко, которое льнуло к оливковой коже и средним грудям, рюшистая юбка колыхалась с каждым уверенным шагом. Её длинные волнистые тёмно-каштановые волосы ниспадали дикими волнами по спине, обрамляя овальное лицо и тёмно-карие глаза, пылавшие авантюрным огнём. В 25 лет эта мексиканская зажигалка покорила сцены по всей Испании, но сегодня Изабелла Вега бросила ядовитый вызов — «дуэль» на её территории, в печально известном ночном клубе Luna Negra. Диего Руис, собственнический любовник Марии, маячил на краю толпы, скрестив мускулистые руки, челюсть сжата в тихой ярости, пока он следил за ней. Изабелла с острыми чертами и чёрными как смоль локонами ухмылялась из-за кулис, глаза блестели злобой и чем-то глубже, невысказанным. Дуэнде, этот мистический дух фламенко, висел тяжёлым, обещая не просто танец, а столкновение душ. Мария чувствовала тяжесть взглядов на себе, трепет риска зажигал её вольный дух. Она и не подозревала, что эта дуэль содерёт все маски, превратив соперничество в ненавистный пожар запретного желания посреди ревущей толпы. Гитарист заструнил напряжённый ритм пальмас, и две женщины сцепились взглядами, сцена — их поле битвы, толпа — их свидетель. Напряжение скрутилось как змея, готовая ужалить. Каблуки Марии звонко цокали по истёртому деревянному полу сцены, пока она лицом к лицу стояла с Изабеллой Вега под палящим светом Luna Negra. Толпа, смесь местных и туристов, набитая в бархатные ложи, взорвалась предвкушающими хлопками, их пальмас эхом разносились как выстрелы. Изабелла, опытная андалусская танцовщица с репутацией крушительницы соперниц своей точностью и ядом, медленно обвела Марию, её обтягивающее красное платье подчёркивало гибкую фигуру. «Думаешь, украдёшь мой свет, Гонсалес?» — прошипела Изабелла,...